25 сентября 2026 года в Алматы состоялся инвестиционный форум «Казахстан – Китай» с участием Президента Республики Казахстан Касым-Жомарта Токаева. Форум собрал более 600 представителей бизнеса, государственных органов и институтов развития двух стран. Его итоги позволяют говорить не просто о расширении двусторонней инвестиционной повестки, но о попытке изменить саму модель экономического взаимодействия Казахстана и Китая.
Главный смысл обозначенного подхода состоит в постепенном переходе от торговли, инфраструктуры и отдельных инвестиционных проектов к формированию более сложных производственных, логистических, финансовых и технологических связей.
Масштаб уже достигнутого сотрудничества создает для этого объективную основу. По данным китайской таможенной статистики, товарооборот двух стран по итогам 2025 года достиг 48,7 млрд долларов, тогда как казахстанская статистика оценивает его в 34,1 млрд долларов. Разница связана с особенностями методологии учета внешней торговли. Совокупный объем китайских инвестиций в экономику Казахстана за 2005-2025 годы превысил 29 млрд долларов, в стране зарегистрировано более девяти тысяч предприятий с китайским участием. Портфель промышленного сотрудничества сегодня насчитывает 260 крупных совместных проектов общей стоимостью свыше 62 млрд долларов. В рамках самого форума были заключены 50 коммерческих соглашений на сумму около 8,2 млрд долларов.
Однако именно масштаб сотрудничества постепенно меняет характер задач, стоящих перед обеими сторонами. Для Казахстана вопрос заключается уже не только в том, сколько новых инвестиций удастся привлечь. Не менее существенно, какую структуру будут иметь эти инвестиции, какие производства и компетенции они создадут внутри страны и насколько глубоко казахстанская экономика будет встроена в возникающие цепочки добавленной стоимости.
Китайская экономика меняется, и вместе с ней меняется содержание сотрудничества
Для понимания перспектив казахско-китайского взаимодействия необходимо учитывать структурные процессы, происходящие в самой китайской экономике.
Китай продолжает оставаться одной из крупнейших производственных экономик мира, однако внутренние источники его роста заметно трансформируются. Наряду с сохраняющимися проблемами в секторе недвижимости и снижением инвестиций в основной капитал высокотехнологичное производство и производство оборудования демонстрируют существенно более высокие темпы роста промышленного выпуска.
В августе 2026 года добавленная стоимость высокотехнологичного производства в Китае увеличилась на 16,7% в годовом выражении, а производства оборудования на 12,1%. Особенно быстро увеличивался выпуск литий-ионных батарей и промышленных роботов, соответственно на 57,2% и 34,6%. При этом инвестиции в основной капитал за январь – август сократились на 7,2%, а инвестиции в недвижимость на 19,9%. Такая разнонаправленная динамика хорошо показывает происходящую структурную перестройку: традиционные источники инвестиционного роста испытывают давление, тогда как новые технологические и промышленные сегменты расширяются значительно быстрее.
Для Казахстана эта трансформация имеет непосредственное значение.
На предыдущих этапах экономических отношений значительную роль закономерно играли энергетика, поставки сырья, строительство инфраструктуры и торговля. Эти направления сохранят свое значение. Однако возможности нового этапа все больше связаны с теми секторами, в которых Китай сегодня сам активно наращивает технологии и производственные компетенции: машиностроением, глубокой переработкой сырья, новыми энергетическими решениями, аккумуляторными системами, цифровой инфраструктурой, искусственным интеллектом и автоматизацией.
Именно поэтому дальнейшее сотрудничество целесообразно рассматривать уже не как механическое увеличение количества китайских проектов в Казахстане, а как возможность использовать изменение структуры китайской экономики для модернизации отдельных отраслей казахстанской экономики.
От отдельных предприятий к производственным цепочкам
Одним из наиболее содержательных тезисов форума стало предложение перейти от реализации отдельных инвестиционных проектов к созданию полноценных производственных экосистем.
В последние годы совместные проекты уже вышли далеко за пределы традиционной нефтегазовой отрасли. При участии китайских компаний развивается автомобильный кластер в Алматы, создается кремниевое производство в Карагандинской области, реализуются проекты в металлургии, нефтегазохимии и системах накопления энергии. В уже формирующемся портфеле агропромышленного сотрудничества развиваются проекты по созданию вертикально интегрированного хлопково-текстильного кластера и глубокой переработке сельскохозяйственного сырья.
25 сентября Президент в режиме видеосвязи дал старт строительству промышленного парка Fufeng Group в Жамбылской области. Первый этап проекта предусматривает инвестиции в размере 350 млн долларов и создание мощностей по переработке до 500 тыс. тонн кукурузы в год.
По итогам форума были также подписаны соглашения о строительстве завода электролитического алюминия и связанной с ним ветровой электростанции в области Абай, создании предприятий в сфере переработки древесины, автомобилестроения, химической промышленности и возобновляемой энергетики. В частности, отдельным соглашением предусматривается совместная разработка ветроэнергетического проекта общей мощностью до 1 ГВт.
Но наличие крупных предприятий само по себе еще не означает формирования производственной экосистемы. Такая модель возникает тогда, когда вокруг якорного инвестора формируются местные поставщики, сервисные компании, инженерные организации, логистические операторы, исследовательские центры и система подготовки кадров. Другими словами, экономический эффект должен распространяться значительно дальше территории конкретного завода.
Именно здесь находится один из ключевых вызовов следующего этапа сотрудничества. Если комплектующие, технологии, оборудование и инженерные услуги преимущественно импортируются, а казахстанская сторона обеспечивает главным образом площадку, сырье и рабочую силу, экономический мультипликатор будет ограниченным. Если же вокруг крупного проекта появляется сеть казахстанских поставщиков и специалистов, инвестиции начинают формировать собственную промышленную базу страны.
Поэтому переход к производственным экосистемам должен сопровождаться вполне измеримыми критериями: долей локализации, участием малого и среднего бизнеса, объемом закупок у казахстанских предприятий, передачей технологий, созданием инженерных компетенций и экспортом произведенной в Казахстане продукции.
От объема инвестиций к их качеству
Портфель в 260 проектов стоимостью более 62 млрд долларов производит сильное количественное впечатление. Однако именно такой масштаб делает особенно актуальным вопрос качества инвестиций.
На предыдущих этапах отношений размер вложений закономерно выступал одним из основных показателей интенсивности сотрудничества. На нынешнем этапе этого критерия уже недостаточно.
Для Казахстана важнее становится добавленная стоимость, которая создается внутри страны. С этой точки зрения качество инвестиционного проекта можно оценивать как минимум по нескольким параметрам: насколько глубоко локализовано производство, происходит ли передача технологий, сколько квалифицированных рабочих мест создается, формируются ли собственные поставщики и инженерные кадры, ориентировано ли предприятие на экспорт и насколько оно соответствует экологическим и технологическим стандартам.
Особое значение имеет переработка ресурсов.
Казахстан обладает значительными запасами урана, меди и других металлов, а также критических минералов. Китай, в свою очередь, располагает масштабной промышленной базой по переработке сырья и производству конечной продукции. Такая взаимодополняемость создает очевидные возможности, но одновременно ставит принципиальный вопрос о месте Казахстана в цепочке стоимости.
Экономически наиболее выгодной для страны является модель, при которой сотрудничество постепенно перемещается от добычи и экспорта сырья к переработке, производству материалов, компонентов и, там где это возможно, конечной продукции внутри Казахстана.
Поэтому инвестиционное взаимодействие следует оценивать не только по притоку капитала. Более содержательный показатель состоит в том, какую часть последующей добавленной стоимости Казахстан способен удержать внутри собственной экономики.
Средний коридор: от транзита к экономической инфраструктуре
Транспорт и логистика закономерно заняли центральное место в повестке форума.
За последние годы между Китаем и Каспием была фактически сформирована система взаимосвязанных логистических узлов. Казахстан развивает терминальную инфраструктуру от Ляньюньгана до Актау, железнодорожные переходы, автомобильные маршруты, морские порты и цифровизацию границы. Новым элементом этой сети должен стать казахско-китайский терминал в Чэнду.
Особое место занимает Транскаспийский международный транспортный маршрут, или Средний коридор. Его значение для Китая следует оценивать реалистично. Средний коридор в обозримой перспективе не заменит морские маршруты, обеспечивающие основную часть китайской внешней торговли, и не должен рассматриваться исключительно как альтернатива другим сухопутным направлениям.
Его ценность заключается прежде всего в диверсификации. Последние годы продемонстрировали уязвимость глобальных цепочек поставок перед геополитическими конфликтами, санкционными ограничениями, логистическими сбоями и ростом стоимости перевозок. В такой среде наличие нескольких маршрутов становится экономическим преимуществом само по себе.
Для Китая маршрут через Казахстан, Каспий, Южный Кавказ и далее в Европу является дополнительным западным направлением. Для Казахстана его значение потенциально шире. Главная задача заключается в том, чтобы не ограничиваться функцией территории, через которую перевозится китайский груз. Транзит становится значительно более ценным тогда, когда вдоль маршрута возникают терминалы, склады, предприятия по переработке и сборке, сервисные компании, цифровые логистические платформы и экспортно ориентированные производства.
Именно здесь транспортная повестка непосредственно соединяется с идеей производственных экосистем. В перспективе Казахстан может стремиться не столько максимизировать количество контейнеров, проходящих через его территорию, сколько увеличивать экономическую стоимость, создаваемую вокруг каждого транспортного коридора.
Цифровизация становится самостоятельным направлением отношений
Еще несколько лет назад технологическое сотрудничество занимало заметно менее значительное место в двусторонней повестке, чем нефть, газ, торговля или транспорт. Форум в Алматы показывает, что ситуация постепенно меняется.
Президент обозначил заинтересованность Казахстана в трансфере технологий, создании совместных инженерных и исследовательских центров, а также подготовке кадров. В настоящее время также прорабатывается инициатива создания в Астане Казахстанско-китайской школы искусственного интеллекта. Alatau City рассматривается как одна из возможных площадок технологического взаимодействия.
На полях форума Президент провел отдельные встречи с UBTECH Robotics, YTO Express и Pinduoduo, в ходе которых обсуждались локализация производства робототехники, развитие транспортно-логистического хаба Almaty SkyHub и сотрудничество в электронной коммерции.
Все это позволяет предположить, что технологии постепенно превращаются из вспомогательной темы в отдельное направление казахско-китайских отношений.
Но именно здесь особенно важно различать два возможных сценария.
Первый предполагает преимущественно приобретение готовых китайских технологий и цифровых решений. Он способен достаточно быстро модернизировать отдельные отрасли, но создает ограниченный эффект для собственной технологической базы.
Второй сценарий сложнее, однако стратегически значительно интереснее: совместные лаборатории, инженерные школы, исследовательские программы, подготовка специалистов, локализация технологических компаний и участие казахстанских разработчиков в создании и адаптации решений.
Для Казахстана оптимальным является именно движение в сторону второго варианта. При этом технологическое сотрудничество с Китаем не должно означать технологической замкнутости. Казахстан заинтересован в сохранении открытой модели, предполагающей взаимодействие одновременно с китайскими, европейскими, американскими, корейскими и другими технологическими центрами. Такая диверсификация соответствует как экономическим интересам страны, так и традиционной логике ее многовекторной внешней политики.
Финансовая инфраструктура как недостающий элемент
Отдельного внимания заслуживает финансовое измерение форума.
Рост количества крупных проектов делает необходимой собственную инфраструктуру их финансирования. В Алматы было объявлено о создании казахско-китайского инвестиционного фонда при KAZAKH INVEST. Одновременно Казахстан предлагает развивать сотрудничество Международного финансового центра «Астана» с Гонконгом.
Показательным стал выход фонда «Самрук-Қазына» на внутренний рынок капитала Китая: дебютный выпуск панда-облигаций составил 3 млрд юаней.
Это важное изменение. В предыдущей модели большая часть внимания концентрировалась на том, какой проект строится и какой инвестор его реализует. Теперь постепенно формируется еще один слой взаимодействия: кто финансирует проекты, в какой валюте, на каких рынках капитала и с использованием каких финансовых институтов.
Если этот процесс получит дальнейшее развитие, казахско-китайское сотрудничество может приобрести более институциональный характер, при котором проекты будут поддерживаться не отдельными договоренностями, а постоянно действующими инвестиционными и финансовыми механизмами.
Именно с этой точки зрения предложение проводить Алматинский инвестиционный диалог «Казахстан – Китай» ежегодно имеет значение не только как создание еще одной деловой площадки. Потенциально это может стать механизмом регулярной оценки реализации проектов, устранения административных барьеров и формирования нового инвестиционного портфеля.
Следующий этап: важны не только проекты, но и их экономический эффект
Алматинский форум показал, что экономические отношения Казахстана и Китая входят в этап, когда простого количественного расширения уже недостаточно.
По данным китайской таможенной статистики, товарооборот приблизился к 50 млрд долларов, Китай входит в число крупнейших инвесторов Казахстана, сформирован многомиллиардный портфель совместных проектов, активно развивается транспортная инфраструктура. Следовательно, основной вопрос постепенно смещается с масштаба сотрудничества на его качество. Для Казахстана следующий этап может измеряться несколькими результатами: первый, увеличение глубины переработки сырья внутри страны; второй, формирование сети национальных поставщиков вокруг крупных иностранных предприятий; третий, передача технологий и появление собственных инженерных и исследовательских компетенций; четвертый, использование транспортного положения не только для транзита, но и для развития производства, логистики и экспорта; пятый, подготовка специалистов, способных работать уже не только на предприятиях традиционной индустрии, но и в робототехнике, искусственном интеллекте, новых материалах и энергетических технологиях.
И наконец, принципиально важным остается сохранение экономической диверсификации Казахстана. Расширяя сотрудничество с Китаем, страна заинтересована одновременно в развитии экономических и технологических связей с Европейским союзом, США, государствами Азии, Ближнего Востока и соседями по Центральной Азии. Именно сочетание различных направлений дает Казахстану возможность извлекать преимущества из своего географического положения, не превращая взаимозависимость с каким-либо одним партнером в чрезмерную зависимость.
Поэтому значение состоявшегося форума стоит оценивать не только через объем подписанных соглашений. Гораздо важнее предложенная логика: перейти от отдельных проектов к производственным цепочкам, от транзита к созданию экономической стоимости вдоль транспортных маршрутов, от импорта технологий к совместному формированию компетенций и от подсчета объема инвестиций к оценке их долгосрочного эффекта для казахстанской экономики.
Если эта логика будет последовательно реализована на практике, новый этап казахско-китайского экономического взаимодействия сможет определяться уже не столько масштабом китайского присутствия в Казахстане, сколько глубиной модернизации, которую это сотрудничество помогает создавать внутри самой страны.
Центр по изучению Китая
